Он пил холодный горный воздух христианства, не расколотого на конфессии, не превращенного в государственную религию, в
Поэзия, по Мандельштаму, «наступающие губы»: поход и прорыв в то измерение, где
Встал на ноги, и все хотят увидеть всех —
Рожденных, гибельных и смерти не имущих.
Здесь
Пушкин и Скрябин — два превращения одного солнца, два превращения одного сердца. Дважды смерть художника собирала русский народ и зажигала над ним солнце. Они явили пример соборной, русской кончины, умерли полной смертью, как живут полной жизнью; их личность, умирая, расширилась до символа целого народа, и солнце-сердце умирающего остановилось навеки в зените страдания и славы.
Я хочу говорить о смерти Скрябина как о высшем акте его творчества. Мне кажется, смерть художника не следует выключать из цепи его творческих достижений, а рассматривать как последнее заключительное звено. С этой последней христианской точки зрения смерть Скрябина удивительна. Она не только замечательна как сказочный посмертный рост художника в глазах массы, но и служит как бы источником этого творчества, его теологической причиной. Если сорвать покров смерти с этой творческой жизни, она будет свободно вытекать из своей причины — смерти, располагаясь вокруг нее, как вокруг своего солнца, и поглощая его свет.
* * *
Мудрость Божия,
кто я, зачем?
Просвети
мою душу ослепшую.
Не отринь меня,
странную, грешную.
Не покинь меня
в бездне совсем.
Миг блаженства.
И миг пустоты,
одиночества, жажды и муки...
Как дитя,
растерялась душа,
истомившись в разлуке.
Эти слёзы как дождь.
Окропи и омой,
мою веру умножь!
Не оставь меня,
Господи мой!
Закатилось за горизонт усталое красное солнышко. Вышла на прогулку добрая Фея Ночь. Взмахом волшебной палочки зажгла она яркие звёзды на ночном небе.
Засияли звёздочки мягким золотым светом. Зажглась луна, посылая на землю нежный серебряный отблеск.
- Спать! Спать пора! Всем спокойной ночи! - говорит Фея Ночь, накрывая сверкающей звёздной шалью всё вокруг и взмахивая волшебной палочкой. Встряхнёт она чудесным, вышитым золотыми звёздами платочком над лесной поляной и цветы закрывают свои нежные бутоны до утра. Звери в норках, птицы в гнёздах, дети и взрослые в своих домах - все засыпают сладким сном.
Из окошка небольшого дома струится мягкий свет. Около камина сидит бабушка с вязанием и рассказывает внуку Феде разные интересные истории.
- Каждый раз, когда Фея Ночь появляется на небе, она раскрывает своё звёздное покрывало и с него на Землю падают несколько волшебных звёздочек. И тот, кто найдёт упавшую звёзду и успеет загадать желание, пока она горит своим волшебным светом, станет самым счастливым человеком на свете! Только желание должно быть одно и самое-самое заветное!
Глава I
«Веснулин» Бабского
Нет ни одного гадкого слова, которое не было бы дано человеку в качестве фамилии. Счастлив человек, получивший по наследству фамилию Баранов. Не обременены никакими тяготами и граждане с фамилиями Баранович и Барановский. Намного хуже чувствует себя Баранский. Уже в этой фамилии слышится какая-то насмешка. В школе Баранскому живется труднее, чем высокому и сильному Баранову, футболисту Барановскому и чистенькому коллекционеру марок Барановичу. И совсем скверно живется на свете гр. гр. Барану, Баранчику и Барашеку.
В детстве из всех праздников больше всего я любила Новый год. Не только за подарки, запах мандаринов, еловой хвои и звенящих от мороза елочных игрушек, которые мы заносили домой в старой деревянной коробке из сарая. Я любила его за какую-то тайну, за непонятное мне самой предощущение чуда.
В те далекие годы мы с Витькой мечтали стать хоккеистами и почти все зимние дни проводили на катке.
Неподалеку от нашего дома, за огородами в сосновом лесу находился небольшой пруд. Когда-то там была свалка, но ее убрали, и образовавшаяся яма заполнилась водой. В декабре пруд застывал и превращался в каток. На его неровном льду играли в хоккей мальчишки из соседних домов.
Меня в игру брали редко. Мне полагалось стоять на снегу, пританцовывая от холода и болеть за наших. Наши были там, где Витька, и почти всегда они проигрывали.
- Это нам не повезло, – говорил Витька, когда вечером мы возвращались домой, - вот увидишь, мы им завтра накидаем.
Я кивала, зная, что и завтра будет то же самое. На наших глазах густел воздух, и в небе над темными силуэтами деревьев загорались яркие звезды.
Жила-была одна девочка. Почему-то так вышло, что она не знала добрых слов. Она никогда и никому не говорила добрые слова: спасибо, пожалуйста, здравствуйте. Всего добивалась капризами и громким плачем. Вам приходилось слышать доносящиеся из окошка громкие крики?
– Не хочу! Не буду! Не трогай мою куклу! Это моё! Не отдам! Уходи!
Но однажды девочке приснился страшный-престрашный сон. Во сне она попала в странный город. Всё здесь напоминало город, в котором она жила: и улицы, дома, даже деревья и кустарники были такие же, но только серого цвета! Серое небо, серые тихие птички на деревьях, серые скучные люди с угрюмыми лицами. Девочка удивлённо смотрела по сторонам и вдруг поняла, что заблудилась. Она шла по длинной серой улице с одинакового цвета домами и никак не могла понять, где же находится её дом. Все дома были очень похожи друг на друга, девочка испугалась и заплакала. Но вот она увидела проходившего мимо мужчину. На нём был серый костюм, серая рубашка, серые туфли и шляпа, даже очки на его носу были в серой некрасивой оправе.
– Скажите, где мой дом?
Всю ночь валил снег, такой обильный, что сугробы вырастали сейчас же, как только дворничьи лопаты переставали на минуту расчищать тротуар. Часов в двенадцать дня ко мне пришел Мандельштам. Он был похож на белого медведя и требовал водки, коньяку, пуншу — иначе он сейчас же простудится и умрет. Я постарался отогреть его, чем мог. Пока мы завтракали, снег стал реже, воздух светлее — блеснуло солнце. Через час мы уже шли по Невскому — наведаться в университет, оттуда зайти в «Гиперборей». На Васильевский остров со Знаменской — путь не маленький; но погода стала вдруг так хороша, что мы соблазнились. Соблазн оказался «роковым».
Казанская площадь была полна народа. Флаги, портреты, «Боже, царя храни» с одной стороны — с другой свист, крики «долой», «погромщики». Это была манифестация по случаю взятия Скутари, столкнувшаяся здесь, на Казанской площади, с неблагонадежными элементами.
Я с молитвой к Тебе припаду,
Преблагая, Пречистая Дева.
Не в бегах от Господнего гнева
Ум заблудший к Тебе возведу.
Порастратившись, просит душа
Малых крох неземного общенья
И с надеждою ждёт утешенья,
Чтоб не пасть, безнадёжно греша.
Ты прости, что неясен мой взор,
Недостойны и кратки молитвы,
Но со злом не окончена битва –
Не введи, Преблагая, в позор.
Об ошибках и лени скорбя,
Угасая от долгой разлуки,
Я прошу: восприми на поруки,
Светом Сына призвавши меня.
Я с молитвой к Тебе припаду,
Ставши опытней в мире суровом.
Под Твоим благодатным Покровом
Счастья вечного милость найду.
9.05.2010 г.
Выкладываю сказку про кактус, обещанную Марине Алёшиной.
Сказка, рассказанная в ботаническом саду одной маленькой бумажной фее Вее.
Давным-давно одной маленькой страной, затерявшейся среди каменистых гор и густых лесов, правила молодая царица. Была она не только мудра, но и необыкновенно красива. Подданные любили свою прекрасную царицу и желали постоянно любоваться её светлым ликом, но она, будучи очень скромной, выходила из дому только в самую тёмную ночь года, когда все обитатели крепко спали.
В Нью-Йорке объявлены призёры первого сезона конкурса «Дары волхвов», учреждённого в 2010 году двумя старейшими изданиями русскоязычной эмиграции — газетой «Новое русское слово» и «Новым журналом». Цель конкурса — сохранение гуманистических традиций в литературе и поддержание русскоязычных писателей независимо от страны их проживания. Главное условие для участников — следование формуле рассказа О.Генри, который и дал ему название: «любовь + добровольная жертва + счастливый конец».
Жёсткость этого требования обусловила то, что из более чем полутысячи пришедших рассказов в лонг-листе оказалось всего восемь. В шорт-листе — пять.
Победителем конкурса стал Александр Хургин с рассказом «Крыша» («Частный корреспондент», 3 апреля 2010 г.). Второе место досталось Александру Карасёву с рассказом «Серёжки» («Нева», №1, 2010). Третьим призёром, но не третьим в призовой иерархии, стал уфимский писатель Камиль Зиганшин с рассказом «Лохматый»
Я весной - словно тающий снег.
Летом птицей летаю зелёной.
Плачу осенью. Новорождённый
ожидая, стремительный бег!
И, наверно, зимой лишь живу -
в этих вихрях, узорах, и звёздах...
В хороводе прозрачных берёзок,
в синих тенях я эхо зову.
Тишина, как пушистая шаль,
приютила меня. Эта вьюга
завораживает круг за кругом.
Ускользает в бескрайнюю даль.
Светлый Ангел прохладным крылом
сберегает меня от печали!
Вспоминается мне о былом,
где любили меня и прощали...
Начался прием заявок на соискание Патриаршей литературной премии имени святых равноапостольных Кирилла и Мефодия. Премия вручается в номинации «За значительный вклад в развитие русской литературы». Ежегодно может быть награждено до трех лауреатов.
С обращением в связи с началом приема заявок на соискание Премии выступил Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл.
Прием заявок осуществляется с 14 января по 1 марта 2011 года. Торжественная церемония вручения Премии пройдет в период празднования Дней славянской письменности и культуры.
Правом выдвижения кандидатов на соискание Премии обладают Предстоятели Поместных Православных Церквей, главы самоуправляемых Церквей в составе Московского Патриархата, епархиальные архиереи Русской Православной Церкви (включая архиереев Русской Православной Церкви Заграницей), органы государственной власти стран СНГ и Балтии, Синодальные учреждения Русской Православной Церкви, редакции литературных журналов.
Кандидат может быть выдвинут на соискание Премии повторно.
При выдвижении кандидатов на соискание Премии предоставляются следующие материалы:
Последнее интервью с Анатолием Рыбаковым
На днях в одном из книжных магазинов видел «Дети Арбата» Анатолия Рыбакова. На английском. Анатолия Наумовича помнят, его книги выходят в свет на разных языках.
Он очень хотел, чтобы судьба отпустила бы ему еще несколько лет. Он мечтал о новой книге, мечтал написать о сегодняшних молодых, о тех, кто будут строить XXI век.
14 января 2011 года исполняется 100 лет со дня рождения автора «Кортика», «Тяжёлого песка» и «Детей Арбата».
Анатолий Рыбаков умел писать бестселлеры. На протяжении более 50 лет он был, наверное, единственным настоящим русским автором бестселлеров. Не зря чуткие к успеху американцы поместили его портрет на обложке журнала Time (из русских писателей до Рыбакова подобной чести удостаивался только Солженицын).
Биография Рыбакова, по сути, та же, что у Солженицына, разве что в другой последовательности. Арест, ссылка, война. Но он не стал творить из своей жизни идеологический миф.
Строен твой стан, неприступная дева,
Грустен твой взгляд, отверзающий даль.
Тихо... Веков золотых королева,
Ты - как земная о небе печаль.
Воздух прохладен под сводами храма,
Звуки молитвы прольются на нас,
Нет ни страданий, ни лезвий обмана,
Есть только этот молитвенный час.
Тонкие руки читают по звеньям,
Солнечный свет невесомой волной,
Пляшет на мраморных хладных каменьях,
Древних базилик, хранящих покой.
Ты наклонилась, одетая в горе,
Всех заключенных на грешной земле,
Плещет за окнами звездное море,
Путь освещая бредущим во мгле.
Годы пройдут, пролетят, как мгновенье,
Будет все также прекрасен лишь час,
Тот, что приносит живым облегченье,
Тот, что придуман надеждой для нас.
Будет все также прохладно и тихо
В храме под сводами звездных огней,
Снова своим отрезвляющим криком,
Вечность пророчит нам плеском морей
Образ той Девы, что грустно склонилась,
Над мимолетною грустью земли,
Знаю, давно то пророчество сбылось,
Нет уж страданий, печали прошли…
Бориса Годунова А.Пушкин начал в ноябре—декабре 1824 г. в Михайловском по прочтении X и XI томов Истории государства Российского
Главная норвежская новость последних двух дней — вчерашний арест молодой писательницы Марии Амели, живущей в Норвегии незаконно уже несколько лет. На глазах у всех разворачивается человеческая драма, даже трагедия, если говорить прямо — из страны высылают молодую женщину, которая попала в Норвегию вместе со своими родителями будучи еще подростком. В 2000 году родители Марии уехали из России (откуда-то с Кавказа) и попытались получить статус беженцев в Финляндии. Когда им это не удалось, они нелегально переправились в Норвегию и стали пробовать остаться жить там. Тогда Марии было 14-15 лет.
«Литература тайно управляет миром» — считает писатель и поэт Дмитрий БЫКОВ. И хотя многие сегодня уверены, что слова «современный» и «писатель» несовместимы, произведения Быкова один из критиков назвал «страницей истории отечественной литературы». Быков утверждает, что счастлив, когда пишет. А еще он преподает литературу в школе, говорит, что дети более масштабно и серьезнее, чем взрослые, воспринимают окружающий мир, и признается, что самую большую уверенность в него вселяет жена.
Где прячется герой?
— Много говорится о том, что у нас вот уже несколько лет в искусстве нет «героя нашего времени». Вы согласны с этим утверждением? Каким должен быть герой, важна ли сегодня его социальная принадлежность, «место работы» и так далее?
— Истинный герой нашего времени, когда публичность стала синонимом продажности, безвкусия, как минимум конформизма, — должен быть,
Июльское знойное солнце наконец-то спряталось за дома. Изнуряющая дневная жара уступила место щадящему вечеру. Воздух стал чуть-чуть прохладнее. И в огромном дворе, с трех сторон окруженном десятиэтажными домами, возникло движение как бы очнувшейся жизни. Первыми появились молодые мамы с детьми. От радости, что вырвалась из душных бетонных клеток, детвора вмиг рассыпались по двору, не обращая никакого внимания на предупредительные окрики мам.
Мамы, по привычке сгруппировавших в маленькие «сообщества», обсуждали поступки детей, мужей, растущие цены, правительство, рецепты новых блюд и многое другое, о чем всегда судачат женщины, когда их собирается больше двух. Но при этом они не выпускали из поля зрения любимых чад, о чем свидетельствовали время от времени раздающие крики:
– Даша! Не забирай у девочки мяч!
– Никита! Куда тебя занесло? Слезь немедленно!
