«Ваша одежда должна быть «летящей и струящейся», сделайте себе шикарный маникюр, смелую прическу и не забудьте приобрести амулет – небольшого дракончика». Так советуют поступить с экранов телевизоров и страниц газет тем, кто в 2012 году желает себе много счастья, исполнения давних желаний, веселой и беззаботной жизни. Так ли безопасен культ дракона, «покровителя» наступающего года по восточному календарю? Чем заканчиваются игры в мистику, источник которой до сих пор сокрыт от широких масс? Не совершаем ли мы большую ошибку, следуя за всеми путем широким и удобным, хотя даже и не предполагаем, что нас ждет за первым же поворотом.
О собеседнике (Осип Мандельштам)
Скажите, что в безумце производит на вас наиболее грозное впечатление безумия? Расширенные зрачки — потому что они невидящие, ни на что в частности не устремленные, пустые. Безумные речи, потому что, обращаясь к вам, безумный не считается с вами, с вашим существованием, как бы не желает его признавать, абсолютно не интересуется вами. Мы боимся в сумасшедшем главным образом того жуткого абсолютного безразличия, которое он выказывает нам. Нет ничего более страшного для человека, чем другой человек, которому нет до него никакого дела. Глубокий смысл имеет культурное притворство, вежливость, с помощью которой мы ежеминутно подчеркиваем интерес друг к другу.
Обыкновенно человек, когда имеет что-нибудь сказать, идет к людям, ищет слушателей; — поэт же наоборот,— бежит «на берега пустынных волн, в широкошумные дубровы». Ненормальность очевидна... Подозрение в безумии падает на поэта. И люди правы, когда клеймят именем безумца того, чьи речи обращены к бездушным предметам, к природе, а не к живым братьям. И были бы вправе в ужасе отшатнуться от поэта, как от безумного, если бы слово его действительно ни к кому не обращалось. Но это не так.
Кладбище
Строятся где-то высотные здания,
Тосты звучат и рождаются дети…
Но, несмотря на карьеры и звания,
Кладбище – лучшее место на свете.
Чисто здесь, тихо, просторно и зелено,
Склонны все к мыслям необыкновенным.
Тут и трава, и кустарник, и дерево…
Кладбище – мост между вечным и бренным.
Прикосновение к миру грядущему
В храме возможно, да здесь, у могилы –
К страшному, светлому, вещему, сущему.
Тронешь плиту – появляются силы,
Хочется жить, и не как-нибудь – праведно,
Верить, терпеть и прощать неустанно,
Мстительность свергнуть
и ревность, и скаредность,
В церковь ходить и молиться исправно,
Молвить Земле, в суете погибающей:
«Я удалюсь, вы пойдете за мною».
Ангел Реймса (Ольга Седакова)
Посвящается Франсуа Федье
Ты готов? —
улыбается этот ангел.
Я спрашиваю, хотя знаю,
что ты несомненно готов:
ведь я говорю не кому-нибудь,
а тебе,
человеку, чье сердце не переживет измены
земному твоему Королю,
которого здесь всенародно венчали,
и другому Владыке,
Царю Небес, нашему Агнцу,
умирающему в надежде,
что ты меня снова услышишь;
снова и снова,
как каждый вечер
имя мое высказывают колоколами
здесь, в земле превосходной пшеницы
и светлого винограда,
и колос и гроздь
вбирают мой звук —
Зимой
Мир преобразила
Зимушка — зима,
Всё снежком укрыла —
Улицы, дома.
Во дворе у дома
С самого утра
Что-то оживленно
Лепит детвора.
Радостно им видеть
Беленький снежок,
Вот еще помощник
К ним бежит — Дружок!
И чего ж он лает,
Всех сбивает с ног,
Прыгает, резвится
И визжит щенок?
Сказочка о том, как комаха Крошка стала сороконожкой
(Из цикла «Сказки бабушки Полины»)
Жила комаха Крошка
У моря на горе,
Всё бегала на ножках,
А ножек было две.
Всегда носила Крошка
Чудесные сапожки,
Их шил ей Крот-сапожник
На маленьких две ножки.
Бежит комаха Крошка…
Навстречу ей Пчела...
Ах, на Пчеле сапожки!
Комаха: «Где взяла?»
«Комар мне в День рожденья
Сапожки подарил.
Комар сапожник — мастер,
Сапожки сам пошил.
Комаха закричала:
«Завидую тебе!
Пойду-ка, пусть Комарик
Пошьёт такие мне».
Наитие
«…и в храме Его всякий глаголет славу» (Пс.28; 9)
Золотом из-за туч
День улыбнулся,
Слов благодатных луч
Сердца коснулся.
Двадцать восьмой псалом,
Тихое пенье.
Здесь на земле мой дом —
Только мгновенье…
Темень умчалась прочь,
Грусть улетела.
Стала рассветом ночь,
Чёрное — белым…
Солнце, хрустальный лёд,
Озеро — блюдо.
Вот уж который год —
Зимнее чудо.
2011
Вера и неверие: тайна обращения человека к Богу (Валерий Духанин)
В 2009 году в Лондоне на 800 городских автобусах были размещены плакаты с надписью: «По всей вероятности, Бога нет. Так что не волнуйтесь и радуйтесь жизни». В ответ на это православные христиане Лондона разместили на других автобусах надпись: «Бог есть, поверьте! Не беспокойтесь и радуйтесь жизни!» На чьей же стороне правда? И почему одни люди обращаются к Богу, а другие бегут от Него? Почему для одних Господь Бог очевиден так же, как сама наша жизнь, а для других нет?
Казалось бы, в страданиях люди должны обращаться к Богу, но многие, страдая, обращаются к алкоголю, а про Бога совершенно не вспоминают. Уже в Священном Писании мы видим две противоположных реакции на призвание Господа. Так, апостолы Иоанн и Иаков, простые рыбаки, услышав слово Христа, тотчас оставили лодку, оставили отца и последовали за Господом (см.: Мф. 4:21—22), а богатый юноша, которому Спаситель сказал: «Следуй за Мной», — как сказано в Евангелии, смутившись, отошел от Него с печалью (см.: Мф. 19:16—22; Мк. 10:17—22).
Свобода (Ольга Седакова)
Я начну со стихов, которые люблю со школьных лет. Это стихотворение П. Элюара. Оно длинное, и я прочту из него только начальные и финальные строфы1.
На школьных моих тетрадях
На липовой коре
На зыбком песке на снеге
Я имя твое пишу
На всех прочтенных страницах
На всех пустых листах
Камне крови бумаге и пепле
Я имя твое пишу
На позолоченных рамах
На винтовках солдат
На королевской короне
Я имя твое пишу
На джунглях и на пустыне
На гнездах на кустах
На каждом эхе детства
Я имя твое пишу…
Простые истины
Случалось в жизни этой всякое,
Я жил с деньгами и без них.
И зол бывало, как собака я,
И глух к страданиям других.
Но, слава Богу, всё меняется,
Когда, конечно, хочешь сам.
Обиды старые прощаются
И улыбаешься врагам.
Хватило б дальше только твёрдости
Держаться, сколько хватит сил,
От самолюбия и гордости,
Когда бы, кто бы ни хвалил…
Вот грязный бомж, грехом израненный,
Что надоел уж сам себе,
Не счастья ждёт здесь – Самарянина
В своей изломанной судьбе.
И я с гримасою брезгливости
Спешу скорей его пройти,
С привычной внутренней стыдливостью,
А дома: Господи, прости!
Искра Божия
Новый год возникает как искра
от лампады Небесного света,
осветив на мгновение
истинной,
детской радостью души. И это
очищает сердца огрубевшие,
заставляет осмыслить прошедшее,
распрямляет
душою поникших,
возрождает надежду померкшую.
Ощущаю тепло это нежное:
в глубине,
угольком разгораясь,
Божья милость — сквозь стужу кромешную,
чтоб светилась душа, согреваясь.
Искра Божия
в нас поселяется,
не теряй её только беспечно,
оживляй добротою сердечною,
верь, что Божья любовь
бесконечна.
Сестричка
Светлой памяти Даши посвящается
С Дашиными бабушкой и дедушкой я познакомилась весной. Им нужна была помощь и я вызвалась помочь. Первая встреча, первое впечатление…Такие трогательные и добрые, нездешние люди. Они все время улыбались и умильно держали друг друга за руки, как будто боялись потеряться в толпе.
Я подумала, какие же они счастливые. Вот оно счастье в чистом виде. Есть же люди, которые в радости встречают старость. Подумала и тут же узнала, что у Ксении, так звали Дашину бабушку, болен муж, и сама она не блещет здоровьем, но самое печальное, что их любимая средненькая, Дашенька, больна раком. Заболела внезапно и уже год, в лучшем случае недолго может передвигаться в инвалидной коляске, а в остальное время все больше лежит. Бабушку Ксению очень печалило, что девочка встречает свой 16 день рождения не в кругу друзей, на природе, а сидит затворницей в отдельной комнате.
Вы слышали?
Вы слышали? Как близко
До дивной родины земли,
Там птицы пролетают низко,
Мы слышать крики их могли.
Вы помните? Как тайно
Шепталось время над волной,
И в том спокойствии случайном
Не страшно быть совсем одной.
Вы знаете? С годами
Я понимаю, время – дар,
Ведь коли есть оно пред нами,
Наш мир еще не очень стар.
Вы верите? Как прежде
Мы будем знать один покой,
И в белой шелковой одежде
Шагать и мерить мир простой.
Вы слышали? Как просто
Листва шуршит над головой,
Как будто там небесный остров,
Пророс корнями в звездный строй.
Пророс корнями, как склонился,
Над тайной светлой бытия,
Вот так Господь за нас молился
Отцу Небесному, прося…
Ответ мудреца
Возводят мир, что крепок, чист и злачен,
Уста владык в наш просвещённый век.
Но почему тогда скорбит и плачет
Отдельно взятый честный человек?
Ответил мудрый: «Здесь понятный случай –
Владыкам ввысь не терпится взлететь.
С высот орла обзор, бесспорно, лучше,
Но лиц людских, увы, не разглядеть».
2.12.2010 г.
Снеговик
Оттепель у нас пока,
Лепим мы снеговика.
Вниз – огромных шара два,
Сверху – третий – голова!
Вместо носа мы морковку
Прикрепляем очень ловко,
Угольки возьмем для глаз,
Прутик – будет рот у нас.
Вместо ручек – палки две,
Да ведро - на голове.
Подравняли чуть бока, –
Лучше нет снеговика!
Колыбельные
НОВОГОДНЯЯ КОЛЫБЕЛЬНАЯ
Снег кружится за окном
Пустим дрёму мы в свой дом.
Песенку споёт метель,
Мой малыш, ложись в постель.
Сказку нам зима расскажет,
Кружева на окнах свяжет,
Чтоб на стёклышках узоры
Приковали деток взоры.
Этой ночью Дед Мороз
Привезёт подарков воз.
Разукрасит нашу ель,
И огни между ветвей.
Свобода паче послушания, или Разговор монахини с игуменом
В декабре в Москве состоялась презентация новой книги игумена Петра (Мещеринова) «Жизнь в Церкви». После презентации насельница одного из подмосковных монастырей монахиня Филарета попросила игумена Петра ответить на ряд вопросов, касающихся современных проблем монашеской жизни.
— Отец Петр, в России несколько сот монастырей. Но в них почти нет духовников даже теперь, когда прошло 20 лет с начала восстановления монашеской жизни в России. Имеет ли вообще смысл монастырь, если у насельников в нем нет опытного духовного руководителя?
— Если обратиться к истории, то мы увидим, что в советское время русская монашеская традиция, и без того довольно слабая, была прервана. Слабой она была и в прежние времена потому, что среди всего множества русских монастырей такие обители, как Оптина пустынь с ее старцами, или Гефсиманский скит, где в начале XX века подвизался старец Варнава, были редкостью.
Звезды падают днем...
Звезды падают днем,
кружась.
Звездопад снегом назовем,
держась
друг за друга, мы полетим
по тропе -
Млечному Пути.
И ты станешь планетой
Землей -
большой, синеокой, живой,
на тебе – океаны, моря,
моя планета Земля!
А сама буду я – Луна,
бела, полна и кругла,
головою я буду качать
и смотреть на тебя
и молчать.
Звезды падают -
Снег!
Пойдем
разрумянившиеся в дом.
Отряхнемся от звезд
И мы
Станем снова людьми
Увы…
2011
Предновогоднее
Небо испачкано тучами,
Скоро закончится год.
Мы оказались живучими,
Или пока что везёт?
Снова желание детское,
(Дети на радость щедры!),
Взять из коробки советские,
Те ещё, чудо-шары.
И заглядеться внимательно
В полупрозрачную синь…
Это уже бессознательно,
Неистребимо. Аминь.
2011
Психология и поэтическое творчество* (Карл Густав Юнг)
Предисловие
Психология, которая прежде прозябала на академических задворках, за последние десятилетия — как и предсказывал Ницше — превратилась в предмет всеобщего интереса, разрушившего рамки, установленные для нее университетами. Как психотехника она проникает в промышленное производство, как психотерапия захватывает обширные области медицины, а как философия развивает наследие Шопенгауэра и Гартмана. В сущности, она заново открыла Бахофена и Каруса, благодаря ей мифология и психология первобытных народов получили совершенно новый интерес, ей суждено совершить переворот в сравнительном религиоведении, и немало теологов даже готовы дать ей доступ к делам душеспасения. Так что же, выходит, Ницше в конце концов оказался прав со своим «scientia ancilla psychologiae»? (Наука — служанка психологии (лат.) Перифраз тезиса средневековой схоластики «scientia ancilla theologiae», приписываемого итальянскому историку католической церкви Цезарю Баронию (XVI в.).
Страницы
- « первая
- ‹ предыдущая
- …
- 538
- 539
- 540
- 541
- 542
- 543
- 544
- 545
- 546
- …
- следующая ›
- последняя »