Омилия

Борисоглебский монастырь

Помню, как вместе с родителями я побывал на каком-то большом летнем празднике в Борисоглебском монастыре. Борисоглебский монастырь был основан боярином Ефремом, бывшим конюшим великих князей Бориса и Глеба (сыновей великого киевского князя Владимира Святого, крестителя Руси). После гибели Бориса и Глеба в 1015 году Ефрем (по происхождению венгр) ушёл из Киева и поселился близ Торжка (в районе теперешнего села Семёновское), где построил храм и странноприимный дом. Преставился он в 1053 году. В 1572 году были обретены его мощи, а в 1584 — 1587г. он был причислен к лику святых.

Начало см. здесь.

Хозяйственный дворик

Мы вышли за ворота Спасо-Преображенского Собора и оказались в хозяйском дворике. Двориком он назывался потому, что так умело и вместительно умещал в себе 36 собственных производств: водопровод, молочный заводик, пошивочное производство, кирпичный завод, мучной завод, швейную мастерскую, рыбный завод, келларскую службу, это питание. А всего в этом хозяйском дворике проживают и служат сто двадцать человек. В это число входят дети, которые тут же учатся в школе. Открыт детский сад для семи ребятишек. Большая проблема на острове была с водоснабжением. Высота острова доходит более двадцати метров. Ведрами на такую высоту поднимать воду, было адским трудом. Сначала на острове сделали водонакопительные ямы, куда просачивалась чистейшая вода, очищенная через все природные очистители. Позже на остров немцами была завезена паровая машина. Монахи первым делом эту машину разобрали по частям и сделали еще несколько точно таких. Так на острове появился подопровод.

Растворяется солнечный бег,
замыкающий небо и землю,
прорастая лучами сквозь век,
и сквозь вены кружится по телу.
Где святилище веры? Тебя
крепко за руку держит сомненье,
вот опять, солнцеходу не вняв,
ты теряешь и годы, и зренье.
Все, что мимо и вне, и вовне,
как потоки, несется, петляет,
а тебя на неведомом дне
отыскать все пытается память,
и, как «змея», забросить в полет,
ветровому качанию вверив,
чтобы ты смог объять небосвод
на сияющем донышке веры.

Отца Кирилл почти не помнил. Умер, когда Кириллу и шести лет не исполнилось. Мать всю жизнь на руководящих должностях, с утра до вечера пропадала на своей фабрике, частенько оставляя сына у Касинии Петровны — матери приятельницы. С её дочерью тётей Людой мать много лет вместе работала. Касиния Петровна жила через дорогу в брусчатом доме. «У меня всё деревянное, — стучала костяшками пальцев по стене, — всё лёгкое, всё дышит! Это не ваш кирпич!»

Потемневшее небо роняет
Мягкий холод на стылую твердь.

Всё как будто на миг замирает,
Чтобы вновь до весны умереть.

Знает сердце, тепло ожидая,
Что отступит суровая мгла.

Крест в руке – это ноша живая,
Это щит от кромешного зла.

Сеет холод слепое сомненье
В очерствевшее сердце порой...

Чуть мерцает любовь в отраженьи
Светлых глаз, что сроднились с тобой.

Чтоб восторгались мы судьбой своею,
Влагает в сердце мысли тайный враг:
«Я ни о чём в сей жизни не жалею,
Я заново её прошёл бы так».

Врагу известно: кто не судит строго
Своих путей – греху впадает в сеть,
Ему придётся на Суде пред Богом
О многом, чем гордился, сожалеть.

16.06.2011 г.
 

4. Спор ангелов

Алёнка пристала ко мне: спроси да спроси у бабы Таси... вот и спрашиваю, когда вечером за столом сидели:

— Бабулечка, а можно нам с Алёнкой тебе один вопрос задать?

— Задавайте, коли не баловство какое.

— Нет, не баловство. Вот ты маме нашей, когда она была маленькой, показывала, кто и как на всём белом свете молится, Бога славит... а вот Мурка наша, хоть и спасает от мышей, а она же их съедает, как это?.. или медведь, волк, они же других убивают...

— Вон вы о чём?.. давайте-ка со стола приберём, постельки ко сну приготовим, да посидим у окошка, посумерничаем... подумаем.

***

Рвутся струны подсознанья
На лихом ветру тревог,
Что нас ждёт за новой гранью? -
Это знает только Бог.

Что нам жизнь? – Плясать да плакать,
Да любить лазурь небес.
Даст Господь – минуем плаху,
Пронесём без страха крест,

Только б жить одним мгновеньем,
Забывая боль и страх,
Обретая в дар смиренье
И молитву на устах.

Юлии Энгельгардт
Присела ночь, и сонная волна
Встречает берег ласкового моря.
Виолы нежной грустная струна
Поёт о счастье и невольном горе.

Молитвы неприкаянных разлук
Услышаны Всевышним разуменьем.
И тишина, как долгожданный друг,
Несёт в себе желанное прощенье.
Виктор Евграфов.
22 ноября 2013.

Дороги убоги, ведущие к Богу,
но я лицезрею святые чертоги
живущих у самого краешка неба,
которые хлеба дают на потребу —
небесного хлеба, равного зову,
и каждый берёт,
чтобы стать ему новым...
 

А все начиналось просто:
Компания во дворе,
Смешной угловатый подросток
И парк в ледяном серебре…

Ничем он других не лучше, -
Не выше и не сильней, -
Но он – словно солнца лучик:
Душе рядом с ним теплей.

Оратор он не блестящий,
Но это ему ни к чему.
Ты чувствуешь: он настоящий,
И ты доверяешь ему.

Мне близок осени неповторимый нрав,
Понятны мне её изменчивости горечь,
Желанье быть наперекор ветрам,
Чтоб в миг уйти, явив судьбе покорность.

Люблю осенний шепот тишины,
И тихий шелест пожелтевшей кроны,
И знаки первые преддверия зимы,
И грусть дождей отчаянно холодных.

У осени мелодия тонка,
Так щемит душу - крик летящей птицы.
Родная мне осенняя тоска,
Ведь осенью мне довелось родиться.

Нет у мужества лжи и фальши,
Не разменна отвага впрок,
Как слагается время дальше
Редко скажет земли пророк.

Нет у верности  дня и ночи,
У любви  не бывает снов,
Если любишь – тоска короче
В переплете мирских основ.

Если ищешь – пройдешь путями,
Где у сердца – земной пример,
Как тянулась дерев руками
Твердь земная в небес придел.

3. Муркины жмурки

И Мурка у бабушки — не простая кошка, а воительница, с крысами и мышами битву ведёт. Всех крыс от бабушкиной сарайки отвадила — поймает крысу, принесёт к бабушкиным ногам, покажет, что доброе дело сделала, как следует намнёт серой хищнице бока, и отпустит. Та быстренько по своему крысиному интернету всем зубастым и хвостатым сородичам тревожное сообщение перекинет: быстро всё крысиное племя из бабушкиного поместья убирается — только их и видели!

Умная кошка.

Пришёл однажды к бабушке церковный батюшка, отец Емельян, просит Мурку на время в пристройку храма пустить: одолели мыши, все церковные книги попортили, облачения погрызли.

Из серии «Слава Богу за все»
(печатается в сокращении)

«Что моя хвала перед Тобой! Я не слыхал пения Херувимов, это удел высоких душ, но я знаю, как хвалит Тебя природа...Я видел, как радовалось о Тебе восходящее солнце и хоры птиц гремели славу. Я слышал, как таинственно о Тебе шумит лес, поют ветры, журчат воды, как проповедуют о Тебе хоры светил своим стройным движением в бесконечном пространстве». (Из акафиста «Слава Богу за все!»)

Мой ангел, невидимый друг,
Ты рядом со мною в пути.
И жизни отмерянный круг
Хранишь. Помогаешь идти.

И если, вдруг, страшно шагать,
И если дорога в камнях,
Ты будешь крылом закрывать
от бед. Защитишь ты меня.

Приведенный ниже рассказ — фрагмент большой книги воспоминаний, написанной много лет назад моим папой для нас, его детей и внуков, об истории нашего рода. Повествование это сугубо семейное, т.с., «для внутреннего пользования», но есть в нем и то, что, надеюсь, будет интересно прочитать и вам. Папа родился в 1924 г. в г.Торжке, и первые девять лет своей жизни провел в этом чУдном патриархальном русском городке с более чем тысячелетней историей.

БАБУШКА
ПЯТНИЦКАЯ ЦЕРКОВЬ

Бабушка Елизавета Ивановна Мамонова (1868-1936) была главным моим наставником и на всю жизнь вложила в меня понятия о нравственности, честности, уважении к родителям, старшим по возрасту, скромности и другим качествам нормального человека. У неё было только начальное образование, но в ней всегда наблюдалась какая-то врождённая интеллигентность. Она была очень доброй, скромной, никогда не повышала голоса, но в семье пользовалась уважением и непререкаемым авторитетом. Её советы отличались мудростью и справедливостью.

Макушки трав белеют тихо,
Белеет поле вдалеке,
Рисует первые картины
Мороз на каждом бугорке.

Витает радость с грустью светлой,
Витает блажь ушедших дней,
Зима приходит незаметно –
Знакомой проседью полей.

Мечтает верба одиноко
В объятьях луга у реки,
И в небеса взлетают строки,
Как будто к солнцу мотыльки.

ноябрь 2013 г.