Некоторое время я воздерживался от того, чтобы комментировать ситуацию с конфликтом между «Дождем» и приходом о. Димитрия Смирнова. Дело в том, что я тут явно предвзят. Я вообще большой грешник. Я не имею в своем сердце любви к людям, использующим звукоусилительную аппаратуру на очень большой громкости. Я даже недолюбливаю евроремонтников и мощные их электродрели. К мотоциклистам, проносящимся под окнами принципиально без глушителей, я тоже не испытываю душевной теплоты. К компании молодежи на скамеечке, поющей что-то под пиво, я отношусь с чуть большим пониманием, но без одобрения. Любительские группы поющие по английски вызывают у меня острое (и, несомненно, греховное) желание натравить на них все силы свободы и демократии — я сам говорю по английски с душераздирающим акцентом, но я же не пытаюсь на нем петь, да еще публично, в уши гражданам, которые не сделали мне ничего худого!
Но я искренне попытаюсь отложить мою предвзятость и эмоциональную реакцию, которую вызывают во мне несущиеся с потолка (или с улицы) мелодии и ритмы современной эстрады, и изложить мой взгляд на проблему спокойно.
Когда я читаю о том, что о. Дмитрий с прихожанами «ворвались на чужой праздник», я нахожу такую трактовку происшедшего односторонней. Я боюсь, что это сначала праздник ворвался в храм к отцу Дмитрию. Возможно, Вам не нравится, что посторонние люди, которых Вы не звали, являются на тусовку, где Вы веселитесь с друзьями, и выдвигают какие-то требования. Это понятно. Но другие люди тоже имеют права — и мне хотелось бы о них напомнить.